<– Вста-а-а-ть! Безобр-р-разие! Заключенные спят после подъема! Всем на три дня штрафной паек!>
Разумеется, я пыталась объяснить начальнику тюрьмы, что мы – новый этап, только что прибывший из Нарыма, что нас двое суток не могла принять тюрьма, что мы до предела измучены,<всю ночь нас оформляли и лишь после подъема привели в камеру...>
– Рассуждать смеешь! Рррраздеть – и в карцер!
Кто-то сорвал с меня через голову гимнастерку. Потащил и рубашку с короткими рукавами, но, убедившись, что под ней голое тело, оставил.